МУЛЬТИ МЕДИА ЖУРНАЛ  /  ПРОЕКТ АХЕЙ
Мульти медиа журнал
/
сделать домашней страницей Обратная связь Карта сайта
Главная Издания>Проект Ахей/Наука/История Урала
Издания

ZAART
Журнал Молодежной Культуры
Проект Ахей
Новости
Наука
      - Издательское дело
      - Образование, Педагогика
      - Теория истории
      - Древняя история
      - История средних веков
      - Новая история
      - Новейшая история
      - История Урала
      - Археология
      - Японоведение
      - География
      - Психология
      - Политология
      - Филология
      - Экономика
      - Путешествия
Путешествия
О проекте

Поиск по сайту

Расширенный поиск    Помощь

Авторизация

Регистрация
Забыли пароль?

Ссылки



Проект Ахей
04.04.2005 (07:45)
Версия для печати
О ПРИЧИНАХ ВОЗНИКНОВЕНИЯ СИБИРСКОГО ЛЕТОПИСАНИЯ

Солодкин Я. Г.  - "Проект Ахей"

Вскоре после учреждения архиепископии с центром в Тобольске, между 1621/22 (когда, видимо, появился синодик «ермаковым казакам» (далее - С) и началом осени 1636 (тогда владычный дьяк Савва Есипов завершил работу над Основной редакцией «Повести о Сибири и о сибирском взятии») гг., в новом «царстве» московских государей, прежде подвластном Кучуму, зародилась летописная традиция. (Утверждение, будто это случилось в конце первой четверти XVII в. (1), неточно. Мысль же о возникновении особой ветви русского летописания в 1636 - 1640 гг., когда во главе Тобольского архиерейского дома находился «пустынник» Нектарий (2), представляется маловероятной, поскольку Есипов, по его признанию, лишь «распространил» какое-то сочинение о завоевании казачьей «дружиной» «Сибирстей земли»).

Ранние сибирские летописи считаются «первой серьезной попыткой местного самосознания понять и оценить присоединение» «Закаменьской страны» к России «в наиболее традиционной, типичной для этой цели форме». Так, в глазах Есипова «взятие» ермаковцами «Кучумова юрта» было предопределено свыше; подчиняя «нечестивых» православному царю, отряд казаков выполнял божественную миссию. Дьяк трех кряду тобольских архиепископов стремился запечатлеть становление христианства в самых отдаленных владениях московских государей. Недаром он обещал рассказать о чудесах Богородицы, «иде же содеяшася во дни и р[о]да наша», т. е. явлениях вдове Марии Абалацкой иконы (3). Кстати, еще в послесловии к Триоди Цветной 1591 г. в числе «новопросвещенных земель» помимо Казани и Астрахани названа Сибирь, которая так же представлена в Есиповской летописи (далее - ЕЛ) (4).

На взгляд В. Г. Мирзоева, первые сибирские книжники старались доказать правомерность похода Ермака, «идеологически утвердить» присоединение к России ханства Кучума. Есипов, - думалось известному историографу, - стремился прославить недавно учрежденную архиепископию, укрепить ее каноническую базу (5). Последнее заключение сомнительно хотя бы потому, что ЕЛ, как выяснено Е. К. Ромодановской, не может быть признано житием Ермака, а приведенный владычным дьяком С, даже если причислять этот «помянник» к агиографической литературе, вторичен относительно известной с 1970 г. другой разновидности перечня атаманов и казаков, павших в боях с «погаными». О создании же тобольской владычной кафедры в ЕЛ лишь упоминается (подобно Строгановской летописи и Пискаревскому летописцу).

Е. К. Ромодановской начало сибирского летописания кажется следствием признания особого места зауральских уездов в составе Российского государства (6). Думается, исследовательница не избежала преувеличения. В оценке Д. С. Лихачева даже в русской литературе эпохи феодальной раздробленности не обнаруживается стремления к самостоятельности и замкнутости в рамках отдельных земель, проявления сепаратизма, налицо единообразие нравственных идеалов и политических тенденций (7). В С, ставшем источником ЕЛ, «Сибирское взятие» приурочено к «самодержавству» Ивана IV, желая «послужити» которому, вольные казаки якобы и двинулись за Урал. Именно «праведною молитвою ко всещедрому Богу и счастием» Грозного, оказывается, было покорено еще одно татарское ханство. Об этом сказано и в ЕЛ, где говорится также о сеунчиках, отправленных в Москву Ермаком, «посылке» туда Маметкула, появлении в Сибири государевых воевод, основании ими Обского городка, Тюмени и Тобольска, учреждении при Михаиле Федоровиче сибирской архиепископии, т. е. присоединение к державе Ивана Васильевича и его преемника новой страны рассматривается в русле событий российской истории, тем более, что этот «юрт», оказывается, был завоеван «руским полком» ради утверждения здесь христианской веры (давно восторжествовавшей в европейской части Московского царства). К тому же летописи велись в окружении далеко не каждого владыки. Так, в нашем распоряжении нет сведений о произведениях в форме повременных записей, которые в первой половине «бунтащного века» вышли из резиденций казанского и ростовского митрополитов. Своеобразие же Сибири как «далечайшей государевой вотчины» (при том, что там подобно «Руси» возникли города, села и деревни, были выстроены церкви, появились воеводы, а «на житье» - «литва и немцы»), отмечалось еще в дипломатической документации рубежа XVI - XVII столетий (8).

Н. А. Миненко считает, что в ЕЛ действия ермаковцев по распространению христианства за «Камнем» отождествлены со становлением тут царской власти (9). Точнее, речь должна идти не о насаждении казаками православия, а подчинении ими местных жителей русскому государю. Как читаем в ЕЛ, победив Кучума, прославленный атаман и его сподвижники под «царскую высокую руку привели многих ... иноземцов» (10).

Со ссылкой на старшую рукопись Ремезовской летописи (далее - РЛ) некоторые исследователи полагают, что «Повесть ...» Есипова возникла в связи с установлением Михаилом Федоровичем, Филаретом и освященным собором 16 февраля 1636 г. общерусского прославления Ермака (ранее предводитель знаменитой экспедиции и его соратники поминались только в Софийском соборе «первоимянитого града» Сибири) (11). Однако другие источники, включая ЕЛ, не подтверждают версию о том, что с поставлением Нектария в Тобольск культ «велеумнаго» атамана вышел за пределы нового «царства» московских самодержцев. Отметим также, что РЛ свойственно обилие анахронизмов, а в 1636 г. патриархом «всея Руси» являлся не Филарет, а Иоасаф.

Изображение Ермака и его сподвижников в С (составленном по инициативе «первопрестолъника» Киприана, едва ли с санкции «великих государей») и ЕЛ христианскими просветителями края, ставшего вскоре восточной окраиной Московского царства, свидетельствует о том, что зарождение летописной традиции в стенах тобольского Софийского дома определялось прежде всего его собственными потребностями. Православие в «Сибирстей стране» утверждалось не без труда, в том числе среди «приборного» люда, и пример атаманов и казаков, одолевших «бусурманского» хана, мог произвести соответствующее впечатление на их потомков и тех, кто нес государеву службу вместе с ними. В ЕЛ подчеркнута и роль Ивана Грозного, его преемника Федора, ряда воевод и письменного головы Д. Чулкова в закреплении за «российским скипетродержавством» новых «землиц», что в условиях, когда взаимоотношения местных властей и «войска» были далеко не идиллическими, показалось, как думается, «слогателю» «Повести ...» вполне оправданным. Наконец, описание перипетий «взятия» «Сибирского царства» заметно обогащало здешнюю книжную традицию, духовную культуру вообще, а на одном из ранних этапов русской колонизации обширного края это обстоятельство тобольским «первосвятителям», видимо, представлялось немаловажным.

_________________________________

1. Иловайский Д. Царская Русь. М, 2002. С. 687. Нуждается в оговорках и утверждение, будто официальное сибирское летописание велось с 1620-х гг. (Дергачева-Скоп Е. Из истории литературы Урала и Сибири XVII века. Свердловск, 1965. С. 119).

2. Ромодановская Е. К. Нектарин // Словарь книжников и книжности Древней Руси. СПб., 1993. Вып. 3. Ч. 2. С. 375; Литературные памятники Тобольского архиерейского дома XVII века (далее - ЛП). Новосибирск, 2001. С. 388.

3. Покровский Н. Н., Ромодановская Е. К. /Предисловие // Полное собрание русских летописей (далее - ПСРЛ). М., 1987. Т. 36. С. 3, 6; ЛП. С. 361, 363.

4. Новосадский И. В. Возникновение печатной книги в России в XVI в. // Иван Федоров первопечатник. М.; Л., 1935. С. 46; ПСРЛ. Т. 36. С. 72. Ср.: С. Г89, 314,368.

5. Мирзоев В. Г. Присоединение и освоение Сибири в исторической литературе XVII века. М., 1960. С. 108, 109, 112, 120.

6. Ромодановская Е. К. Избр. труды: Сибирь и литература: XVII век. Новосибирск, 2002. С. 100 - 101; Она же. Русская литература на пороге нового времени: Пути формирования русской беллетристики переходного периода. Новосибирск, 1994. С. 14. Примеч. 5.

7. Лихачев Д. С. Введение к чтению памятников древнерусской литературы. М., 2004. С. 64 - 69, 84.

8. См.: Преображенский А. А. Урал и Западная Сибирь в конце XVI - начале XVIII века. М., 1972. С. 48 - 53; Памятники дипломатических сношений древней России с державами иностранными. СПб., 1851. Стлб. 1042, 1073, 1121 - 1122; СПб., 1852. Т. 2. Стлб. 466, 989; Белокуров С. А. Сношения России с Кавказом. М., 1889. Вып.1. С. 27, 98, 279, 341; Русско-китайские отношения в XVII веке: Материалы и документы. М., 1969. Т. 1. С. 65, и др.

По наблюдениям А. В. Лаврентьева, в государевом титуле Сибирь с 1599 г. именуется царством и перемещается на одно из первых мест (хотя, заметим, не всегда третье, как утверждает исследователь). В конце «самодержавства» Бориса Годунова для московских венценосцев была изготовлена в Империи и «шапка сибирская». См.: Лаврентьев А. В. Царевич - царь - цесарь: ЛжеДмитрий I, его государственные печати, наградные знаки и медали 1604 - 1606 гг. СПб., 2001. С. 184 - 187. Ср.: С. 14, 21, 22, 64 - 65.

9. Горюшкин Л. М., Миненко Н. А. Историография Сибири дооктябрьского периода (конец XVI - начало XX в.). Новосибирск, 1984. С. 16.

10.ПСРЛ. Т. 36. С. 57-58.

И. Бахрушин С. В. Научные труды. М., 1955. Т. 3. Ч. 1. С. 20; Миллер Г. Ф. История Сибири. 2-е изд., доп. М., 1999. Т. 1. С. 485 - 486. Ср.: С. 461; Мирзоев В. Г. Присоединение и освоение Сибири ... С. 111; Он же. Историография Сибири (Домарксистский период). М., 1970. С. 24; Сергеев В. И. Сибирские летописи // Советская историческая энциклопедия. М., 1969. Т.

11. Стлб. 823. В другом списке РЛ «уставление» «поминовения вселенского» Ермака «на Москве» при Нектарии явно ошибочно приурочено к 1600/01 г. (Сибирские летописи. СПб., 1907. С. 353. Примеч.).



Использование материалов только с согласия редакции интернет издания "Проект Ахей"


Средняя оценка:  0  /  Число голосов:  0  /  проголосовать


Постоянный адрес статьи: http://mmj.ru/index.php?id=41&article=484    /    Просмотров: 7609

Последние статьи раздела
ЗЕМСКИЕ ИЗДАНИЯ В ФОНДАХ ОТДЕЛА КРАЕВЕДЧЕСКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ СОУНБ ИМ. В.Г. БЕЛИНСКОГО

МЭРЫ ГОРОДА ЕКАТЕРИНБУРГА

ВКЛАД УРАЛЬСКОГО ОБЩЕСТВА ЛЮБИТЕЛЕЙ ЕСТЕСТВОЗНАНИЯ В ПРОСВЕЩЕНИЕ НАСЕЛЕНИЯ УРАЛА

ОБРАЗ ЗЕМСТВА В ТВОРЧЕСТВЕ УРАЛЬСКИХ ПИСАТЕЛЕЙ XIX ВЕКА

ДИНАМИКА БРАЧНОСТИ СЕЛЬСКОГО НАСЕЛЕНИЯ УРАЛА ВО ВТОРОЙ ПОЛОВИНЕ ХХ ВЕКА



обратная связьназад  наверх

  

Copyright ©2002-2010 MMJ.RU
All rights reserved. Создание сайта:all2biz.ru
Наша кнопка:
Как поставить?
Рейтинг ресурсов "УралWeb"