МУЛЬТИ МЕДИА ЖУРНАЛ  /  ПРОЕКТ АХЕЙ
Мульти медиа журнал
/
сделать домашней страницей Обратная связь Карта сайта
Главная Издания>Проект Ахей/Наука/Филология
Издания

ZAART
Журнал Молодежной Культуры
Проект Ахей
Новости
Наука
      - Издательское дело
      - Образование, Педагогика
      - Теория истории
      - Древняя история
      - История средних веков
      - Новая история
      - Новейшая история
      - История Урала
      - Археология
      - Японоведение
      - География
      - Психология
      - Политология
      - Филология
      - Экономика
      - Путешествия
Путешествия
О проекте

Поиск по сайту

Расширенный поиск    Помощь

Авторизация

Регистрация
Забыли пароль?

Ссылки



Проект Ахей
14.10.2004 (05:46)
Версия для печати
ИДЕЯ «НЕВЫРАЗИМОСТИ МИРА» И ЕЕ ЛЕКСИЧЕСКОЕ ВОПЛОЩЕНИЕ В ЛИРИКЕ З. ГИППИУС

Т. Е. Яцуга - "Проект Ахей"

Идея невыразимости мира занимает центральное положение в эстетике символизма. Невозможность найти адекватное языковое воплощение «новому знанию», приобретенному поэтом в результате мистического опыта, порождает ощущение неэффективности прежних поэтических средств, необходимых для творческого диалога автора и читателя, и приводит к эксперименту, поиску новых форм их взаимодействия в процессе художественной коммуникации. Оставаясь в рамках символизма, З. Гиппиус ищет новые способы создания экспрессивности поэтического текста, стихотворной магии, которая, как об этом писала сама Гиппиус, заключается «в неожиданно-счастливом сочетании слов, когда сами слова, в отдельном значении, гаснут, тают, отступают, обнажая то, что за ними» [1].

Идея невыразимости мира приобретает в творчестве З. Гиппиус уникальное авторское наполнение и репрезентируется в ее поэтических текстах через концептуальную структуру «молчание — слово» и концепт «небывалое».

Следствием межконцептуальных связей в ментальной структуре «молчание — слово» является наличие индивидуально-авторского концепта «несказанное слово», синкретичного семантического инварианта, призванного устранить конфликт между молчанием и словом в лирике З. Гиппиус («Мне кажется, что истину я знаю /и только для нее не знаю слов...»).

Концепт «несказанное слово» редко эксплицируется в поэтических текстах З. Гиппиус, а его ассоциаты выявляются при анализе связей концептов в рамках ментальной структуры «молчание — слово». Так, например, в стихотворении «Никогда не читайте» лексическое воплощение концепта «несказанное слово» осуществляется за счет синтагматической связи репрезентантов двух концептов: номината концепта «слово» (слов), его ассоциата «музыка» и лексического репрезентанта концепта «молчание» (безмолвие). Концепт «несказанное слово» в художественном мире З. Гиппиус ставит под сомнение постулат о коммуникативной силе языка.

Межтекстовое ассоциативно-смысловое поле концепта «небывалое» имеет более сложную и разветвленную сеть ассоциатов и разнообразные способы экспликации в художественном тексте. Отметим наиболее яркие случаи вербализации данного концепта в поэтических текстах З. Гиппиус:

1. Необычность цветовой символики, расширяющей границы референции цветообозначений [2], в поэтической картине мира З. Гиппиус вызвана утратой типовых ассоциаций, закрепленных за прилагательными, и возникновением уникальных, индивидуально-авторских ассоциаций. Синтагматическая спаянность лексических единиц, обозначающих оттенки зеленого и красного цвета, наблюдается во многих стихотворениях З. Гиппиус («зеленопламенный», «разлив зари зеленовато-винный», « и зелен зорь весенних тихий цвет», «идем к Зеленому дорогой красною»). Смысловая слитность зеленого (возрождение) и красного (цвет крови, преобразования) цветов становится понятной при проецировании природных явлений в мир человека: зеленая заря символизирует возрождение, воскресение, связана с обновлениями и изменениями. Подобный эффект новизны, повышающий общую экспрессивность текста, создает сочетание цветовых прилагательных с абстрактными существительными, которые называют незримое явление. Так, в стихотворении «Серебряный день» происходит расширение коммуникативных возможностей слова «серебряный» (о коммуникативном потенциале слова писали Н. С. Болотнова [3], И. И. Бабенко [4]). Прилагательное «серебряный» свидетельствует о глубине проявления чувства («серебряная нежность», «серебряная печаль») и становится символом «отсутствия наносного блеска», «искренности».

2. Концепт «небывалое» часто вербализуется в стихотворениях, посвященных теме уничтожения России в период революции 1917 года. Так, в стихотворении «Желтые окна» смысловое развертывание текста осуществляется за счет ассоциативно-образной цепочки: червивый дымный ворох туч — мертво рудеют ивы — желть жарких круч — ручей как черное вино — трава как жженая бумага — тела апрельских рощ — ржавый сухой и горький дождь. Эти семантически близкие образы (тучи, ива, кручи, ручей, трава, бумага, дождь), включая метафорический образ «желтого окна», вынесенный в заглавие текста, раскрывают тему небывалого безумия, связанного с революционными преобразованиями. Их ассоциативная связь происходит на основе общих семантических признаков, которые выявляются у слов в ближайшем контекстном окружении и объединяют данные образы в ассоциативно-образную цепочку (сема «смерть» присутствует в лексемах «червивый»«мертво» — «тела», «кровь» — в словах «ржавый» — «вино»; сема «огонь» сближает лексические единицы «дымный» — «жаркий» — «жженный», сема «слезы» проявляется в словах «тучи» — «ива» — «дождь»). Так, под влиянием синтагматических связей в лексеме «тела» эксплицируется сема «смерть» («бессмысленно-кровавы тела апрельских рощ»), а в слове «дождь» актуализируется потенциальная сема «слезы», благодаря сочетаемости с прилагательными «горький» и «ржавый» (близость к красному цвету) (см. ассоциаты в РАС на слово-стимул «слезы»: горький, кровавый [5]). Каждый метафорический образ вносит новый аспект в раскрытие данной темы: разложение, гниение — безжизненность — накал страстей — кровавость — уничтожение — бессмысленные жертвы — скупые слезы, не приносящие облегчения. Таким образом, желтое окно, из которого лирический герой видит окружающий его мир, становится символом сумасшедшего дома, безумия.

3. Приверженность поэта к такому поэтическому приему, как оксюморон, основанному на сочетании слов с противоположными семами, создающему эффект размытости лексического значения, соответствует авторской интенции — показать разрушение старых отношений между людьми, крах «прежней действительности»: «неверность верную храня», «ложь неложная», «война невоенная», «любим не любя», «безогненный костер». Этот же авторский замысел реализуется употреблением лексем, в семантике которых заложена идея неясного, невыразимого («цветы небывалые», «неизведанное», «позор небывалой войны», «невозможные слова», «таинственные дети еще не сознанных миров», «снег несуществующий», «нездешняя прохлада», «непонятная тревога», «нас зовет Небывалое», «созвучия нерожденные»).

4. Создание индивидуально-авторских новообразований используется: 1) как средство обозначения нового художественного явления, номинат которого отсутствует в языке («А где-то на поле цветы небывалые, и называется поле — нетово…»); 2) средство создания повышенной экспрессивности художественного текста (в окказионализме «неразнимчато» усилена сема «спаянность», «слитность», содержащаяся в мотивирующем глаголе не разнять).

Таким образом, словотворчество З. Гиппиус детерминировано как парадоксальностью мышления поэта, так и эстетикой символизма с его поиском новых техник экспрессивности, эффективных поэтических средств, организующих познавательную деятельность адресата в процессе интерпретационной деятельности.

Примечания

1. Гиппиус З. Почти без слов; Адамович Г. На Западе // Гиппиус З. Н. Арифметика любви (1931—1939). СПб., 2003. С. 557.

2. Кондрашова О. В. Семантика поэтического слова (функционально-типологический аспект). Краснодар, 1998. С. 36—37.

3. Болотнова Н. С. Художественный текст в коммуникативном аспекте и комплексный анализ единиц лексического уровня. Томск, 1992.

4. Бабенко И. И. Коммуникативный потенциал слова и его отражение в лирике М. И. Цветаевой: Автореф. дис. ... канд. филол. наук. Томск, 2001.

5. Русский ассоциативный словарь. Прямой словарь от стимула к реакции. М., 1996. Кн. 3. С. 136–137.



Использование материалов только с согласия редакции интернет издания "Проект Ахей"


Средняя оценка:  0  /  Число голосов:  0  /  проголосовать


Постоянный адрес статьи: http://mmj.ru/index.php?id=44&article=383    /    Просмотров: 8478

Последние статьи раздела
«EMPIRE V» – НОВАЯ КНИГА ВИКТОРА ПЕЛЕВИНА (РЕЦЕНЗИЯ)

Э.В. КУЗНЕЦОВА: ЧЕЛОВЕК, УЧЕНЫЙ, ИССЛЕДОВАТЕЛЬ

РЕПРЕЗЕНТАЦИЯ КОНЦЕПТА "ВДОХНОВЕНИЕ" В РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРНОЙ ТРАДИЦИИ

КОГНИТИВНО-ПРОПОЗИЦИОНАЛЬНАЯ СТРУКТУРА КОНЦЕПТА «ВДОХНОВЕНИЕ» (НА МАТЕРИАЛЕ ПОЭТИЧЕСКИХ И ПРОЗАИЧЕСКИХ ПРОИЗВЕДЕНИЙ XIX-XX ВВ.)

ЛЕКСИКОГРАФИЧЕСКАЯ ИНТЕРПРЕТАЦИЯ ВДОХНОВЕНИЯ В РУССКОМ И НЕМЕЦКОМ ЯЗЫКАХ



обратная связьназад  наверх

  

Copyright ©2002-2010 MMJ.RU
All rights reserved. Создание сайта:all2biz.ru
Наша кнопка:
Как поставить?
Рейтинг ресурсов "УралWeb"