МУЛЬТИ МЕДИА ЖУРНАЛ  /  ПРОЕКТ АХЕЙ
Мульти медиа журнал
/
сделать домашней страницей Обратная связь Карта сайта
Главная Издания>Проект Ахей/Наука/Теория истории
Издания

ZAART
Журнал Молодежной Культуры
Проект Ахей
Новости
Наука
      - Издательское дело
      - Образование, Педагогика
      - Теория истории
      - Древняя история
      - История средних веков
      - Новая история
      - Новейшая история
      - История Урала
      - Археология
      - Японоведение
      - География
      - Психология
      - Политология
      - Филология
      - Экономика
      - Путешествия
Путешествия
О проекте

Поиск по сайту

Расширенный поиск    Помощь

Авторизация

Регистрация
Забыли пароль?

Ссылки



Проект Ахей
27.04.2004 (18:00)
Версия для печати
ТРИ ЭТАПА РАЗВИТИЯ РУССКОЙ ТЕОРЕТИЧЕСКОЙ ГЕНЕАЛОГИИ

Свищёв П.А.  - "Проект Ахей"

Теоретические проблемы не являются новыми для отечественной генеалогии начиная с того момента, когда данная сфера знания начала становиться в качестве науки. Выход на теоретические вопросы всегда обусловливался накопившейся “критической массой” проблемных ситуаций в рамках эмпирических исследований. Разумеется, внутренняя рефлексия в науке вообще и в генеалогии в частности, существовала всегда, однако в определённые периоды, в “точках бифуркации” эволюции конкретной дисциплины, она предельно актуализируется, требуя выхода на теоретический уровень. Когда накопление конкретного, эмпирического материала, сам процесс научно-генеалогического познания не приносит нового научного результата, возникает интерес к методологии, общенаучному, философскому уровню познания, т.к. противоречия внутри частнонаучных дисциплин могут быть разрешены только в системе более высокого уровня.

Цель данной работы – показать этапы и уровни теоретического осмысления генеалогической реальности в отечественной теоретической генеалогии XIX – XX вв.

Российский XVIII век стал временем становления генеалогии как научной дисциплины. В трудах. В.Н.Татищева, М.М.Щербатова, Н.М.Карамзина в соответствии со сложившейся общеисторической методологией, генеалогические проблемы занимали центральное место. Отбор и способ изложения исторического материала напрямую зависел от генеалогического параметра, т.е. исторический текст структурировался по именам правителей и датам их правления. Не будем забывать, что авторы знаменитой норманнской теории также строили её преимущественно на генеалогической аргументации. Данная историческая парадигма потребовала в качестве служебного момента разработку методического генеалогического аппарата, в частности – генеалогических таблиц и росписей. Российские историки того времени не имели специально-генеалогических знаний, поэтому их росписи и таблицы, приложенные к общеисторическим трудам, отличались громоздкостью, сложностью, неточностью и неполнотой. Развитие исторической науки привело к детализации историко-генеалогических исследований во второй половине XVIII века: выходят работы Г.Ф.Миллера, П.М.Строева, М.Г.Спиридова по истории и генеалогии российского дворянства. Таким образом, в течение XVIII – начала XIX в. был накоплен богатейший фактический материал, что потребовало его осмысления в теоретическом плане. Данная задача была решена в соответствии с общим уровнем развития российской исторической науки и потребностями генеалогических исследований в 20-е – 30-е годы XIX в. в трудах П.В.Хавского и М.С. Гастева. В своих работах они определили основные генеалогические термины (линии, степени, колена, восходящее и нисходящее родство и т.д.), очерково изложили историю накопления генеалогического знания, показали в соответствие со сложившейся западноевропейской традицией методику графического изложения родословий. Таким образом, теоретическая генеалогия в начале XIX в. мыслилась как методика репрезентации результатов генеалогического исследования.

Теоретический толчок начала XIX в. задал эмпирическую парадигму почти на столетие, предопределив сдвиги в практической генеалогии. Во второй половине XIX в. выходят генеалогические справочники П.В.Долгорукова, А.Б.Лобанова-Ростовского, В.В.Руммеля и В.В. Голубцова, которые, несмотря на не вполне критическое отношение авторов к источникам, в то же время уделяли основное внимание полноте и точности изложения родословного материала. Дифференциация генеалогического знания выразилась в появлении трудов по истории отдельных родов (А.П.Барсуков, А.А.Васильчиков и другие); всё большее внимание генеалоги уделяют критическому анализу первоисточников (Г.А.Власьев, А.В.Экземплярский), генеалогической библиографии (Л.М.Савёлов). Наблюдается снижение роли генеалогии для общеисторических трудов, (С.М.Соловьёв, В.О.Ключевский), что косвенно свидетельствует о её превращении в самостоятельную дисциплину.

Следующим этапом развития отечественной теоретической генеалогии стал рубеж XIX - XX столетий, связанный прежде всего с именем крупнейшего русского генеалога Л.М.Савёлова. Его перу принадлежат “Лекции по русской генеалогии, читанные в Московском археологическом институте”, в которых даётся достаточно широкое и адекватное определение генеалогии как науки, приводятся основные методические рекомендации, но основной акцент перенесён на источниковую базу генеалогического исследования. Таким образом, теоретическая генеалогия на рубеже XIX - XX вв. понималась главным образом как система источниковедческих приёмов работы с генеалогическим материалом. Необходимо отметить, что речь шла исключительно об источниках дворянского родословия и предпринятая автором классификация родословных источников с современной точки зрения может вызывать возражения. Кроме того, Л.М.Савёлов чётко ассоциировал теоретическую генеалогию с методикой накопления родословной информации: “Мы – чернорабочие и будем таковыми, т.к. мы только готовим материал для будущих историков”. Несмотря на это, труд Л.М.Савёлова до сих пор остаётся единственной теоретической работой в отечественной генеалогической историографии.

Начавшийся в начале XX в. расцвет русской научной генеалогией, подготовленный как общим развитием российской исторической науки, так и российской теоретической генеалогии, выразился как в появлении большого количества генеалогической литературы (подчас низкопробной, особенно приуроченной к 300-летнему юбилею дома Романовых), так и в дифференциации генеалогического знания. Этот процесс был прерван в 20-е – 30-е годы XX в. в связи с политическими изменениями в стране и сменой парадигм развития исторической науки. Генеалогия, скомпроментировав себя обслуживанием практических потребностей ликвидированного сословия дворянства, лишившись социального заказа и системы организации собственного знания, занимаясь по своей природе предельно конкретным знанием, которое входило в прямое противоречие с идеологически ангажированной исторической доктриной, оказалась невостребованной в отечественной марксистской исторической науке. Генеалогические исследования ушли в узкую сферу евгеники, литературоведения, музееведения. Однако, научно-генеалогическое знание сохранилось на периферии исторической науки, там, где без него невозможно было получить новые научно-исторические результаты, а именно в изучении социально-экономических и социально-политических проблем российского средневековья. Именно поэтому генеалогия, трудами С.Б.Веселовского (30-е годы), А.АЗимина, М.Е.Бычковой, В.Б.Кобрина, В.Л.Янина и др. (60-е – 70-е годы) не только сохранилась как дисциплина в рамках исторической науки, но и обогатилась за счёт расширения источниковой базы, развития связей с другими специальными историческими дисциплинами, расширения объекта исследований путём вовлечения непривилегированных сословий дореволюционной России. С.Б Веселовский принадлежал ещё к старой генеалогической школе, разрабатывая по преимуществу проблемы генеалогического источниковедения. Возрождение генеалогических исследований в 60-е – 70-е гг. подготовили интерес к теоретическим проблемам в 80-е - 90-е годы ХХ в. Трудами А.И.Аксёнова, М.Е.Бычковой, О.М.Медушевской, В.Л.Янина были выработаны методологические принципы комплексного генеалогического исследования, имеющего выходы на общеисторическую проблематику, направленного на выявление исторических закономерностей.

Современные изменения в науке вообще и, в частности – в исторической, продолжающаяся дифференциация наук требуют их интеграции, что выражается в появлении новых дисциплин, имеющих своим предметом пограничные интердисциплинарные зоны, не улавливаемые традиционными науками. Неисчерпаемый интегративный потенциал генеалогии ставит перед ней в современных условиях сложную проблему: либо оставаться только собирательницей и хранительницей генеалогических фактов и тогда потерять статус науки в современном значении этого слова, либо обогатить свою структуру теоретическим компонентом, понимаемым как познание сущности родственных связей, их роли и значения на различных этапах развития человечества и в различных историко-культурных общностях. Элементы единой генеалогической теории разрабатывались в рамках этнографии, демографии, социологии и других смежных дисциплин. Сейчас задача состоит в том, чтобы, не отказываясь от фактографического и источниковедческого компонентов генеалогического знания, интегрировать уже имеющиеся теоретические наработки в единую генеалогическую теорию, что позволит в последствии вести конкретно-генеалогические исследования на более высоком научном уровне и получать новое историко-генеалогическое знание.



Использование материалов только с согласия редакции интернет издания "Проект Ахей"


Средняя оценка:    /  Число голосов:  0  /  проголосовать


Постоянный адрес статьи: http://mmj.ru/index.php?id=36&article=122    /    Просмотров: 10407

Последние статьи раздела
БИБЛИЯ – КАЛЕНДАРЬ - ПРИРОДА

ТЕОРЕТИКО-МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ МОДЕРНИЗАЦИОННОГО ПОДХОДА

ИСТОРИЯ, НАУКА, ИДЕОЛОГИЯ

ПРОБЛЕМЫ РАЗВИТИЯ ИСТОРИЧЕСКОЙ РЕГИОНАЛИСТИКИ НА ПРИМЕРЕ ИЗУЧЕНИЯ ЗАУРАЛЬЯ

ГУМАНИЗАЦИЯ КРАЕВЕДЧЕСКИХ ИССЛЕДОВАНИЙ ГОРОДА



обратная связьназад  наверх

  

Copyright ©2002-2010 MMJ.RU
All rights reserved. Создание сайта:all2biz.ru
Наша кнопка:
Как поставить?
Рейтинг ресурсов "УралWeb"